Свой первый миллион Босов заработал по классике 90-х, толкая горчичники. Потом прошёлся по всем ископаемым — прыгал с алюминия на нефтянку, с нефтянки на газ, с газа на уголь. В угольной отрасли проявил себя авантюристом: грозился за свои построить тоннель на БАМе и добывать на Таймыре арктический карбон по 30 млн тонн в год. На какие шиши, спросит пытливый читатель? Ведь долговая нагрузка «Сибантрацита» превышает его собственную стоимость, а оценивается он более чем в $1 млрд. Впрочем, мужик сказал и мужик сделал — это, как известно, два разных мужика.

А вот что Босов действительно сделал — так это под предлогом геологоразведки организовал нелегальную добычу угля в Арктике. Открытое по этому поводу уголовное дело, по слухам, удалось замять. Незадолго до смерти Босов вёл себя неадекватно, разругался с будущей вдовой и партнёрами по бизнесу. Коронавирусная самоизоляция ударила по и без того расшатанной психике Босова и помогла спустить курок на наградном пистолете.

Третья по счету официальная жена миллиардера — Катерина Босов — штучка не промах. Покойник оставил ей не только долги, но и букет проблем с экологией. Уголь с предприятий Босова для экономии вывозился самосвалами без соблюдения экологических норм, что вызвало шквал возмущения местных жителей. Катя урегулировала вопросы на уровне местных властей, обратившись к решалам. А на честно сэкономленные обзавелась в Калифорнии «подобием Версаля» за $30 млн наличными. Надо сказать, для того чтобы попасть в ад, Босову необязательно было стреляться. Достаточно было переехать поближе к одному из своих предприятий, сесть у сибирской речки с черной водой и вдохнуть немного угольной пыли.

https://www.forbes.com/sites/kenrapoza/2020/08/28/russias-dead-billionaire-coal-king-leaves-potential-financial-and-environmental-disaster-behind/