Бывший глава банка «Глобэкс» Виталий Вавилин вышел на свободу после двухлетнего уголовного преследования. Это стало возможным после того, как Мосгорсуд снизил ему срок наказания на три месяца. Ранее Таганский райсуд столицы, резко смягчив обвинение банкиру, приговорил его за злоупотребление полномочиями к трем годам колонии общего режима. С учетом времени, проведенного в СИЗО, господин Вавилин свой срок уже отбыл. Все произошло так, как и предсказывал ВЧК-ОГПУ. И такая гуманность к Вавилину не удивляет. Дело в отношении Вавилина расследовал следователь СК Руслан Миниахметов. Спайка Миниахметов-Управление К взялись за банкира с пролетарской злобой. Еще бы, Вавилин слыл крайне богатым человеком. И сам много денег вывел из «Глобэкса», и помогал выводить деньги братьями Ананьевым. В результате было возбуждено два дела, Вавилина отправили в СИЗО, ему грозил очень большой срок. А дальше, как уже стало традицией, Миниахметов объяснил, что за какие-то 10 млн долларов, ситуацию можно почти полностью изменить. Понятно, в первую очередь усилиями начальника Управления К Ивана Ткачева. Скрепя зубами и сердцем, Вавилин согласился. И, о чудо. Пребывание в СИЗО заменилось на домашний арест, преступные эпизоды начали выпадать из дел, одно дело и вовсе «развалилось». А по второму все было готово к замене Вавилину обвинений на крайне мягкие, такие, чтобы и не сидел вовсе. Но тут сам Минахметов попал в разработку, лишился места в СКР и чуть было не лишился свободы. В такой ситуации в «деле Вавилина» решили применить более хитрую схему. Дело закинули в суд с неприятной для банкира статьей 160 УК РФ (растрата). Но Иван Ткачев известен, как человек, обладающий магическим воздействием на служителей Фемиды. И снова чудо. В сентябре Таганский суд переквалифицировал Вавилину обвинения со статьи 160 на статью 201 (злоупотребление полномочиями) УК РФ и вместо 8,5 года, запрошенных для него прокуратурой, дал три года колонии, из которых большую часть он уже отбыл под домашним арестом. А теперь Мосгорсуд и вовсе сделал срок таким, что банкиру сидеть почти не пришлось.