Бывший глава банка «Глобэкс» Виталий Вавилин покинул Россию. Это стало возможным после того, как Мосгорсуд снизил ему срок наказания на три месяца и он вышел на свободу.

Ранее Таганский райсуд столицы, резко смягчив обвинение банкиру, приговорил его за злоупотребление полномочиями к трем годам колонии общего режима. С учетом времени, проведенного в СИЗО, господин Вавилин свой срок уже отбыл. Все произошло так, как и предсказывал ВЧК-ОГПУ. И такая гуманность к Вавилину не удивляет.

Дело в отношении Вавилина расследовал следователь СК Руслан Миниахметов. Спайка Миниахметов-Управление К ФСБ РФ взялись за банкира с пролетарской злобой. Еще бы, Вавилин слыл крайне богатым человеком. И сам много денег вывел из «Глобэкса», и помогал выводить деньги братьями Ананьевым. В результате было возбуждено два дела, Вавилина отправили в СИЗО, ему грозил очень большой срок. А дальше, как уже стало традицией, Миниахметов объяснил, что за какие-то 10 млн долларов, ситуацию можно почти полностью изменить. Понятно, в первую очередь усилиями руководства Управления К. Скрепя зубами и сердцем, Вавилин согласился. И, о чудо. Пребывание в СИЗО заменилось на домашний арест, преступные эпизоды начали выпадать из дел, одно дело и вовсе «развалилось». А по второму все было готово к замене Вавилину обвинений на крайне мягкие, такие, чтобы и не сидел вовсе. Но тут сам Минахметов попал в разработку, лишился места в СКР и чуть было не лишился свободы. В такой ситуации «дело Вавилина» решили применить более хитрую схему.

Дело закинули в суд с неприятной для банкира статьей 160 УК РФ (растрата). Но руководитель Управления К Иван Ткачев известен, как человек, обладающий магическим воздействием на служителей Фемиды. И снова чудо. В сентябре Таганский суд переквалифицировал Вавилину обвинения со статьи 160 на статью 201 (злоупотребление полномочиями) УК РФ и вместо 8,5 года, запрошенных для него прокуратурой, дал три года колонии, из которых большую часть он уже отбыл под домашним арестом. А потом Мосгорсуд и вовсе сделал срок таким, что банкиру сидеть почти не пришлось.