"Отдел газет РНБ" специально для ВЧК-ОГПУ

«Афганское посольство»

Часть I

«Для России, очень часто сталкивающейся с пресловутыми английскими интересами, далеко не безразлично то положение, какое занимает Афганистан. Он находится на границе русской и англо-индийской территорий. Если бы нам когда-нибудь, по тем или другим политическим причинам, пришлось серьезно подумать о походе в Индию, то Афганистан, будь он расположен к нам недружелюбно, стал бы к тому серьезным препятствием и удесятерил трудности кампании. Вероятно, руководствуясь этим соображениям, наше правительство никогда не упускало из виду эту страну. В 1869 году между ним и Англией возник, так называемый, дружественный обмен мыслей относительно Афганистана. Англия настаивала на его нейтрализации, а русское правительство, со своим обычным миролюбием и прямодушием, признавало за владениям Шира-Али именно те границы, которые он, ровно как и великобританский кабинет, считали правильными.

Быстрые успехи русских войск в центральной Азии, однако, возбудили снова подозрительность, свойственную министрам ее британского величества. Взятие Хивы потревожили также и Шира-Али. Он поспешил послать посольство в Шимлу, чтобы узнать, какую именно помощь намерена оказать ему Англия, если Россия совершит нападение на границы его владений. Англия сочла более благоразумным удержать за собой полную свободу действий, чем вступать в какие-нибудь стеснительные союзы. Подобный ответ, естественно, возбудил в эмире недоверие к названной стране.

Год спустя британский кабинет нашел, что положение его относительно Афганистана неудовлетворительно, и что пора изменить его. С этой целью было поручено лорду Литтону войти в сношение с Кабулом и поставить на вид эмиру, что англо-индийское правительство горит желанием застраховать его владения от всяких внешних посягательств, оказать и обеспечить за ним свое могущественное покровительство. Взамен этого Англия требовала от эмира лишь одного – доверия к ней. Иначе сказать, она добивалась от него согласия, чтобы на всю территорию Афганистана (кроме Кабула) были допущены английские обсервационные посты в лице агентов и офицеров, на обязанности которых лежало бы наблюдать за всем и обо всем доносить своему правительству. Такой протекторат не очень улыбался эмиру, знавшему, как дорого обходится  иногда дружба. Завязав сношения с генералом Кауфманом, Шир-Али отказался принять уполномоченного  лорда Литтона. Тогда последний предложил эмиру свидание в Пешаваре и Шир-Али выслал туда своего министра Синд-Нур-Магомет-шаха.
Оказалось, однако, что полномочия афганского посла не были так широки, как того желал лорд Литтон.

Воспользовавшись смертью Синд-Нур-Магомет-шаха, англо-индийское правительство поспешило отречься от результатов начатых переговоров. Оно надеялось, что эмир испугается вражды с ним и поспешит занять более дружественное положение.

Расчеты эти не оправдались. Шир-Али некоторое время спустя радушно встретил русское посольство во главе с генералом Разгоновым. Тогда лорд Литтон стал требовать от эмира, чтобы им было принято также и английское посольства. Эмир, как известно, отказал»

(иллюстрированная газета «Нева», 18 марта 1879 года)