Эдвард Чесноков @chesnokmedia — для ВЧК-ОГПУ

Мы направили в Казахстан силы ОДКБ, чтобы защитить жителей Казахстана от беспредела олигархов, исламистов и этнофашистов.

За все дни после ввода войск ОДКБ в Казахстан — нам так и не рассказали, а зачем вообще ввели эти войска, помимо заплетающейся болтовни «о Стабилизации и Защите Суверенитета» — на который в России и Казахстане плевать примерно всем.

Что же — расскажем мы.

Мы вошли в Казахстан, чтобы сделать бедных богаче. Вся добывающая промышленность — в руках иностранных компаний и их местных прихвостней-олигархов: они пьют народную кровь, они складируют свои миллиарды в Лондоне и Париже, а если народ вспомнит о своих правах, как в Жанаозене, — то их солдаты под молчание режима цинично убивают десятки человек. Но Россия сможет построить более справедливую экономическую модель (посмотрите, как живут в России в «обычной» области и как в нефтедобывающей — почему в Казахстане всё ровно наоборот?)

Мы вошли в Казахстан, чтобы установить социальную справедливость. Даже самый дикий «мамбет» бунтует потому, что у него нет выхода: все возможности роста для молодого человека закрыты, все хорошие должности раздаются не за твои личные качества, а за твою принадлежность к «нужному» клану. Мы положим этому конец и запустим социальные лифты (когда ты устраиваешься на работу в России, то никто не спрашивает, какой ты национальности и из какого ты жуза — точно так же должно быть и в Казахстане).

Мы вошли в Казахстан, чтобы защитить простого человека от беспредела этнорадикалов. От «языковых патрулей» и прочих фашистских практик страдали жители страны всех национальности — этому нужно положить конец. От безумных попыток власти воевать с русским языком и латинизировать алфавит страдали сами казахи (попробуйте адекватно перевести на латинку книгу Сулейменова «Аз и Я») — этому нужно положить конец.

Мы вошли в Казахстан, чтобы защитить права русских и других национальных меньшинств. Если клептократический клановый режим подвергал их системной дискриминации и выдавливал из страны — с этим должно быть покончено. А если национальные меньшинства Казахстана пожелают изменить и расширить форму своей политической репрезентации — то это желание должно быть услышано. 

Мы вошли в Казахстан, чтобы освободить политических заключённых: Ермека Тайчибекова, Константина Сыроежкина, Евгения Щербака.

Мы вошли в Казахстан, чтобы спасти малый и средний бизнес от погромщиков, поскольку этого не смогла сделать официальная власть.

Мы вошли в Казахстан, чтобы защитить женщин от угнетения. Радикальные исламисты мечтают уничтожить светское общество, насадить шариат и упаковать женщин в мешки для перевозки трупов — но наша армия этого не допустит.

Мы вошли в Казахстан, чтобы дать людям работающее государство. Мы хотим, чтобы не люди извинялись перед чиновниками за неубранный снег — а наоборот. Мы хотим, чтобы бизнес можно было вести без взяток. Мы хотим, чтобы бюджет не расхищала семья Злого Бая — а чтобы народные деньги тратились на нужды народа. И мы знаем, как этого достичь, ведь государство — это прежде всего работающие институты, которые сполна выстроены за 12 веков государственности России.

Хотя если ты за убийства казахских певцов на улице, если ты за сохранение проворовавшейся астанинской клики, если ты за олигархов, если ты за исламистов-игиловцев, — то, конечно, может выступать против российских войск: ведь мы вошли в Казахстан также и затем, чтобы туда, как во времена акынов, вернулась свобода слова.