"Отдел газет РНБ" специально для ВЧК-ОГПУ

«Крах»

 «Как всегда в то морозное утро возле станции метро «Петроградская» было много народу. Хорошо одетый молодец человек стоял возле витрины книжного магазина и смотрел в отражение стекол. Мимо него проходили сотни людей. Нет, не они его интересовали. Он высматривал, не следят ли за ним. Не увидев ничего подозрительного, успокоился и, не торопясь, стал спускаться в подземный переход. Именно здесь его вежливо попросили пройти в милицейский пикет. Он сразу обмяк и вскоре безучастно наблюдал, как из его объемистого портфеля доставали доллары, финские марки, золото. Попался!

Владимиром Гуреевым восхищали, ему завидовали. «Башковитый», –  уважительно говорили о нем. И сам он на судьбу не жаловался. Довольно рано получил звание мастера спорта, закончил Институт физкультуры. Захотелось еще учиться – поступил в Первый медицинский. Имея два диплома, работал в одной из школ-интернатов нашего города, совмещая обязанности врача и преподавателя плавания.

«При его непосредственном участии, как преподавателя и врача, – напишут потом в народный суд руководители школы, – отделение плавания стало ведущим в стране по подготовке пловцов международного класса».

К сожалению, все это оказалось только одной стороной личности молодого специалиста. Как показало следствие, В. Гуреев на протяжении нескольких лет занимался незаконными валютными операциями.

Эрудированный врач и педагог, человек, не нуждающийся в средствах, и – валютчик? Как-то не укладывается все это в сознании… Ведь преступником он становился постепенно. Первый шаг на скользком пути махинаций, еще робкий и неосознанный, Гуреев сделал, будучи студентом-медиком. Летом работал в международном спортивном лагере. Вполне понятно, среди знакомых было немало иностранцев. Один из них однажды попросил одолжить крупную сумму советских денег. А взамен обещал привезти японский магнитофон. Давняя мечта, казалось, становилась реальностью. И Гуреев, поколебавшись, пошел на сделку. В залог взял доллары.

Студент-иностранец так и не вернулся в Ленинград. Не привез магнитофон. Доллары поначалу жгли ладони, а потом, по-видимому, чувство неловкости исчезло. Гуреев начал приобретать где придется иностранную валюту…

Подобный человек становился опасным для общества. Он, словно бацилла, начинает заражать окружающих духом стяжательства. Выискивает себе подобных , заводит подозрительные знакомства...

В начале следствия Гуреев отрицал многие факты, предъявленные ему обвинением. Но опытный юрист старший следователь Ю.А. Гуляев представил суду неопровержимые улики...

Мне захотелось увидеть Гуреева, отбывающего сейчас свой срок, и узнать, какие он сделал выводы из пережитого. Мы встретились. Это был обиженный, подавленный человек, так и не понявший сердцем, за что его наказали. Вот отрывок из нашего разговора:

– Как же так получилось? – задал я первый вопрос. И ожидал услышать все что угодно, но только не.

– Виновата любовь к хорошей музыке. Ну и незнание законов.

– Но позвольте, дожив до сорока лет, и не знать элементарных правил поведения?

– Конечно, знал, читал, в кино видел. Но это все происходило как бы в стороне. Никогда не думал, что подобное случится со мной.

Как будто спохватившись, добавил:

– Конечно, незаконными валютными делами никогда в жизни заниматься больше не буду.

Думается, что к валюте Гуреева и вправду уже никогда не потянет, он поймет, что моральный крах его закономерен»

 «Вечерний Ленинград», 17 января 1976 года