В Мосгорсуде на слушаниях по делу об убийстве бизнесмена Шабтая Калмановича объявлен внеплановый перерыв до  5 апреля. Обвинителем на процессе выступает прокурор Мария Семененко, которая после избиения сотрудником МВД РФ в ресторане, находится на больничном до понедельника. По выходу ей предстоит очень непростая работа. Обвинение как раз закончило представлять доказательства и они, мягко говоря, оказались не убедительными.   
 
 Статьи 105 и 222 (убийство и незаконное хранение оружия) УК предъявлены Али Белхороеву, Батыру Тумгоеву, Багаудину Костоеву.
  
Найти нормальных доказательств виновности этой троицы следствие не смогло. Более того, в суд дело ушло без мотива, но ситуацию попытались исправить прямо в ходе слушаний.

Так, как стало известно ВЧК-ОГПУ, на процессе выступил засекреченный свидетель, бывший начальник УВД Видное. Согласно его версии, Калманович активно участвовал в борьбе с местной скотобойней (расположена в окрестностях Видного рядом с базой женского БК «Спартак», принадлежавшего Калмановичу), которая якобы являлась рассадником криминала в городе, был на совещаниях о судьбе скотобойни и за эту позицию его и могли убить.

Тем более, что было совершено покушение и на другого участника совещаний- чиновника Ленинского городского округа.

Также полицейский поведал печальную историю о том, как они столкнись с потерпевшим  - бродягой, которого удерживали и заставляли работать на скотобойне. Казалось бы все убедительно. Но казалось так ровно до того момента, как стали задавать вопросы адвокаты.
 
А тут и выяснилось, что история с рабом была еще аж…в 1994 году. При этом засекреченный свидетель вынужден был признать, что уголовное дело возбуждено не было, так как милиционеры не нашли никаких подтверждений того, что бродяга содержался на скотобойне.

Также полицейский признался, что познакомился с Калмановичем только в 2008 году, менее, чем за год до его смерти. Именно тогда он якобы и стал участвовать в совещаниях о судьбе скотобойни. При этом покушение на чиновника было совершено в 2004 году. Как покушение и убийство, произошедшее через пять лет, могли быть связаны, полицейский пояснить не смог.

Более того, выяснилось, что нет никаких протоколов и доказательств того, что эти совещания вообще были. Засекреченный свидетель так расстроился, что на все дальнейшие вопрос отвечал «не знаю» и «не помню».
         
В результате, к окончанию представления доказательств обвинением мотива так и не появилось. Как нету у обвинения машины преступников, оружия, совершения преступления (не обнаружены), свидетелей, видевших киллеров и т. д. Зато есть биллинги о том, что телефоны, которыми могли пользоваться обвиняемые, «засветились» у офиса Калмановича и в районе места убийства. Правда из биллингов следует, что водитель злоумышленников начал беседу за 10 минут до убийства и закончил через 10 минут после. Одновременно он, с трубкой в одной руке и с рулем в другой, на машине с механической коробкой передач, умудрился совершить профессиональный дрифт, уходя с места убийства, о котором дал показания выживший шофер Камановича. И почему то эти трубки не засветились у загородного дома Калмановича, где он жил и где идеальное место для нападения.
 
Напомним, бизнесмен был показательно  застрелен в самом центре Москвы , когда ехал на  встречу с помощником Президента Российской Федерации Абрамовым А.С.