Осмотром и прослушиванием фонограмм, описанием к представленным аудиозаписям, а также заключением фонографической судебной экспертизы от 12 апреля 2017 года № 72-Ф/17 установлено, что файл 1143_2016-02-15_19-58-11_79857708474_79857708505 представляет собой запись телефонного разговора Максименко М.И., использовавшего вызывной номер +79857708505, и Дрыманова А.А., использовавшего вызывной номер79857708474, состоявшегося 15 февраля 2016 года в 19 часов 58 минут, в ходе которого последний сообщил Максименко М.И. о своем разговоре с сотрудником Управления "М" ФСБ России, сообщившем ему о возможной заинтересованности Максименко М.И. в расследовании уголовного дела, возбужденного по факту событий у ресторана "Элементс" 14 декабря 2015 года.
В частности между ними состоялся диалог следующего содержания (ДА – Дрыманов А.А., МИ – Максименко М.И.):
ДА – А так ещё звонил этот, Алексей Борисович.
МИ – Алексей Борисович.
ДА – Трухачев.
МИ – Aга. Да-да-да.
ДА – По поводу твоего выступления. ...
МИ – Угу. (усмехается) Ты уже(?) в курсе.
ДА – Ну, конечно. Он мне позвонил, сказал там. Ну, он так, по телефону, так, кос- косноязычно. Просто мне Серёга-то уже до этого сказал суть дела.
МИ – Угу.
ДА – Ну, как бы, он мне высказал о том, что якобы у нас бытует м/ есть мнение такое, что, мол, всё это на тормоза, там, туда-сюда. Я говорю: «Вы что? С чего вы взяли? Только объективная истина. Только расследование». (усмехается)
МИ – Так, а такой разговор-то и был, что: «Давайте, объективно будем разговаривать». Такого не было, что/ Так- такого не было, что мы, мы, там, отпускаем кого-то или ещё что-то. ...
ДА – Не, нет, конечно. Я, я, я говорю: «Вы, говорю, на/ вы чего-то, говорю, неправильно, наверно, поняли информацию. У нас никогда никто не ставит таких задач: кого-то отпускать, кого-то не отпускать. Всегда, говорю, задача ставится – объективно разобраться, по закону».
МИ – Ну, в общем, так и есть.
ДА – Ну, мы так и делаем.
МИ – (Смеётся) А он что, сказал, что какие-то команды прошли кого-то выпускать?
ДА – Да, он, типа: «Крен какой-то неправильный», что крен не в ту сторону. Я говорю: «Да мы всё объективно». То есть, таким вот образом.
МИ – Нет, просто я ему говорю, что: «Даже, если они бандиты, они должны сидеть за своё. В противном случае, типа, говорю, ну, потеряете людей». Там же тоже как бы надо/
ДА – Ну, да, да.
МИ – Объективно к этому подходить. Чего?
ДА – Ну, просто, если ... сейчас, вот два месяца после начала следствия, я ду-маю, сейчас какие-то движения в ту или иную сторону предпринимать преждевременно. Надо чуть-чуть по- поработать.
МИ – Нет. Я-то, я полностью согласен.
ДА – Ага.
МИ – Я просто говорю, что выс- высказывалось мнение это при его руководителе и при Волкове, мы ездили поздравлять(?).
ДА – А-а.
МИ – И я говорю: «Вы знаете, ситуация-то, вот вы её так зря расцениваете. Там как-то такие люди, другого уровня-то, не, не правовики, не силовики, и не какие-то там бродяги. Там разговор идёт о том, что в преступном мире существует своя епархия, и, когда на них наговаривают, они какими-то своими решениями, определенными, принимают какие-то возможные действия».
ДА – Ну, да.
МИ – Если вы бережёте человека, то это не правовики. Вы их на место только х-й поставите с такой позицией. Надо разработать другой комплекс мероприятий, чтобы кого-то с та- там ну, по-другому эти вопросы решаются. Если вы/».
ДА – Ну, они, просто они в меру своей испорченности, понимаешь, подумали.
МИ – Не-не-не, это ни в коем случае не так.
ДА – Нет?
МИ – Такого не было вообще, что надо кого-то выпускать. Я просто говорю: «А как вы будете оправдываться, когда человек, который стрелял? Вот каким образом, да? Я до/ Мне, допустим, известна характеристика, что он на охоте с двухсот метров косулю на бегу бьёт в голову. И вы хотите сказать, что это он там случайно всё производил, отстреливая, на видеозаписи, добивая?» Ну, это же характеризующие такие вещи, мы же говорим о законе.
ДА – Конечно. Ну, я думаю, мы сейчас передали как раз под контроль вот Денису, там, в этот отдел наш.
МИ – Да. И, и оп