«Наша главная задача – обеспечить сохранение России», сказал Владимир Путин юным сталинградцам и поставил очередную запятую в спорах о целях СВО, которые, как нам известно из откровений экс-офицера «Штази» Маттиаса Варнига, составляют «государственную тайну». В околокремлевском лагере эта формулировка вызвала восторг: близкие к АП политологи сравнили «план Путина» с гоголевской птицей-тройкой, запряженной Царь-пушкой и несущейся в неизвестном направлении в режиме строгой секретности, потому что гриф секретно теперь наложен на всю живущую одним днем Россию, союзников у которой в мире нет (и не надо), а значит – и незачем им знать  тайну нашей СВО. Тут следует напомнить, что практически вся российская политика последних 20 лет строилась по принципу спецопераций и секретных проектов – это и дело ЮКОСа, и смена власти на НТВ, принуждение к миру Грузии-2008 и возвращение в родную гавань Крыма-2014. Все проекты служили главной цели - усилению и укреплению власти, или это тоже гостайна? Нейтральных публицистов цитата Варнига заставила поразмышлять: если цель СВО – гостайна, то засекречены не только ее смыслы, но и финальная точка, дата и условия будущего перемирия и будущее страны в целом. Публицисты либерального лагеря закономерно предположили, что за попытку разгадать будущее России можно получить срок, а сам вопрос о целях СВО перешел в плоскость применения УК. В отсутствии публичной дискуссии о задачах страны общество превращается в самураев, для которых не важны цели, а важен исключительно путь, процесс. Вероятно, Кремль это вполне устраивает: у российского руководства есть каналы для тайных контактов с представителями Запада, но у него не хватает открытых каналов для контакта с собственной страной, где, кстати, исчерпаны мощности для производства даже сметаны и каждый день что-то горит. Но власть ждет от народа, пребывающего в статусах то ли электората, то ли мобилизационного резерва, сплочения вокруг целей СВО. А они засекречены. И в этом смысле чрезвычайное сплочение многополярных народных масс, у которых нет целей, и которым не задан вектора развития страны, должен тревожить Кремль не меньше, чем Временное правительство в 1917-ом году. Похоже, что Владимир Путин абсолютно прав – главной задачей стало сохранение России. Хотя вряд ли год назад, говоря с Варнигом о гостайнах, он имел в виду именно такую цель СВО.