Сейчас в РФ активно обсуждается стратегия низкоуглеродного развития страны. В частности, как принудить промышленные предприятия России начать бороться против парникового эффекта во всем мире. За свой счет. Прямо сейчас. Когда от российской промышленности требуют выхода на максимально возможные показатели и не меньшего импортозамещения.

Проект этой самой стратегии был выложен в открытый доступ еще в декабре 2023 года. За мелким шрифтом на 18-й странице легко обнаруживается пункт 1.2.5, а в нем подпункт 1 – «Введение системы взимания цены на углерод». Срок – I квартал 2028 года. То есть, промышленные предприятия РФ должны будут платить налог за выбросы углерода — неизменного спутника растущего производства в нашей стране и у ее развивающихся соседей.

Минэкономразвития уже сейчас ставит этот вопрос на обсуждение с бизнесом и другими профильными органами власти. При этом, понятно, что российские промышленники, по сложившейся традиции, выплату «углеродного налога» переложат на потребителей своей продукции.

Им просто некуда будет деваться. Особенно тем, кто сейчас работает на госзаказ или попал в иные тиски интересов государства, а это — подавляющее большинство более менее работающих заводов и предприятий. Компенсировать углеродный налог, как и штрафы за загрязнение среды, за счет увеличения стоимости поставок за рубеж, им уже не получится. Цены же в госконтрактах, по сути, определяют власти, и тут тоже не разгуляешься.

Вот и получается, что первыми на себе стремительно улучшившийся климат прочувствуют обычные россияне, часть из которых проследует за черту бедности. А там, вместе с остальными, насладится двузначной инфляцией, ростом цен на все отечественное, включая поездки на транспорте и плату за ЖКХ. 

Самое смешное в этой истории, что главным лоббистом «углеродного налога» в России был Чубайс. Да, тот самый великий человек, чьи предложения имеют инерцию фантастической силы. Конечно, последствия «низкоуглеродного развития» России будут менее убийственны для экономики страны, нежели приватизация по Чубайсу, но их тектонический разрушительный масштаб как для промышленной, так и для социально-политической сферы, виден уже сейчас.