Дальневосточный бизнес обсуждает новые правила игры в регионе на фоне ухода на губернаторство в Хабаровском крае теперь уже бывшего заместителя генерального прокурора РФ Дмитрия Демешина, курировавшего вопросы регионов Сибири и Дальнего Востока.

В бытность Демешина Генпрокуратура РФ начала весьма активно наводить порядок в рыболовной отрасли ДФО, возвращая государству недополученные доходы от криминализированного бизнеса.  
Есть мнение, что Генпрокуратура вслед за делами "крабовых королей" Олега Кана и Дмитрия Дремлюги могла обратить пристальное внимание и на стивидорный бизнес в портах Владивосток и Находка, где на ряде государственных причалов пока ещё "пилят бабло" предприимчивые бизнесмены, имеющие "в друзьях" ряд высокопоставленных чиновников, в том числе нынешнего главу Росморречфлота Андрея Тарасенко, которому в перспективе прочат кресло главы Росрыболовства.

В местных бизнес-кругах называют в качестве одного из лоббистов Тарасенко бизнесмена Станислава Сабестьяновича. Основной интерес бизнесмена и его супруги Натальи – портовые, которые закреплены за ФГУП "Нацрыбресурс", которое, в свою очередь находится в ведении Росрыболовства.

При этом известный в определённых кругах бизнесмен не гнушается банально "кидать" своих партнеров по бизнесу, используя простую, но очень эффективную схему. Получив права на эксплуатацию причалов, его структуры далее передают стенки в субаренду, привлекая сторонний капитал, а затем постепенно выдавливают его владельцев из прибыльного бизнеса. Фактически деньги делаются из воздуха (в данном случае, воды) и вопреки государственным интересам. Вот что значит иметь влиятельных покровителей среди региональных и федеральных чиновников.
Отметим, что г-н Тарасенко во время визитов во Владивосток в роли чиновника Росморречфлота и "Нацрыбресурса" был замечен на территории морских причалов в компании со Станиславом Сабестьяновичем. Какие при этом идеи обсуждали влиятельный чиновник и успешный бизнесмен – большой вопрос. Но практика свидетельствует, что причалы в порту остаются в авральном положении, а стивидорный бизнес при этом продолжает приносить супердоходы.